Боевой путь. Коваленко Василий Иванович

Коваленко Василий Иванович
Гвардии старшина.
Стрелок 315-й стрелковый полк 19-й стрелковой дивизии.
Механик-водитель, командир танка 3-я и 19-я гвардейская танковая Минско-Гданьская ордена Ленина Краснознамённая ордена Суворова бригада.
Фельдшер, санинструктор моторизованного батальона автоматчиков 3-я гвардейская танковая Минско-Гданьская ордена Ленина Краснознамённая ордена Суворова бригада.

Мой дедушка Коваленко Василий Иванович родился 9 мая 1925 года в селе Анновка (хутор Бабки) Россошанского района Воронежской области. На начало войны обучался в Медицинском техникуме г. Россошь, пока к городу не подошли вражеские войска. Вернулся в деревню, где помогал матери (председателю колхоза им. Чкалова) налаживать связь с партизанами.
Когда Россошь была освобождена от немецко-итальянских захватчиков в январе 1943 года, дедушка был призван в армию Россошанским РВК Воронежской области 23.01.1943.

 Харьков. Начало войны
Молодых новобранцев наспех обучили военному делу. В январе 1943 года Коваленко В.И. значится как «стрелок, химинструктор, командир отделения 19-й стрелковой дивизии Степного фронта. Военную присягу принял 12.02.1943 при 19 стрелковой дивизии и был отправлен в только что освобожденный Харьков. Харьков был освобожден советскими войсками в середине февраля 1943 года, но уже к середине марта вновь был взят германскими войсками. В этот жесткий котел и попал новобранец Василий Коваленко. Выйдя из-под бомбежек Харькова, дедушка записался в танковую школу-курсы у города Волчанск. После быстрого обучения, получил звание сержанта и свой первый танк, на котором стал механиком-водителем. 

Эти дни он вспоминал: «Собрали нас в какой-то станице ближе к Дону вооружили и повели в сторону Харькова. Мы шли и учились военному делу.  В Харькове ночью немцы высадили воздушный десант и окружили город. Поднялась паника, ночью никого не видать. Я остался один возле тракторного завода. Куда бежать – не знаю.   Все мои товарищи куда-то вдруг пропали. Вижу — идут три красноармейца с оружием. Я попросился с ними пробираться через р. Донец, где наши заняли оборону. И так  я с ними пошел. Уже рассветало  и мы подходили к Донцу. На реке почему-то был красный лед. Оказалось, вверху по течению были бои прямо на реке  и кровь солдат  просочилась по всему Донцу. Так мы добрались до первой советской части. Здесь нас сформировали в соответствующие подразделения. Позже мы, молодые ребята, услыхали, что идет набор в танковую школу и записались туда».

Под Прохоровкой
Молодых танкистов на машинах повезли ближе к фронту к Курску. Степной фронт передислоцировался для ведения боев на Курско-Белгородском направлении. Танки прибыли под деревню Прохоровка 29 августа 1943 года. Там дедушка и принял первое боевое крещение в составе 3-го гвардейского  танкового корпуса 5-й танковой армии. Дедушкин танк с бортовым номером 12 и знаком «Гвардия» на борту успешно выполнил боевую задачу. Бои длились несколько дней в районе села Прохоровка.

Дедушка вспоминал этот бой: «Стоял такой грохот от разрывов и гудения танков, мощных выстрелов пушек, что разговаривать  друг с другом невозможно. Крики команд, крики раненных – все смешалось в один звук. Нашему экипажу пришлось туго под Прохоровкой. Тяжелые фугасные снаряды сорвали с машины все крылья и фары и все, что плохо лежало – хорошо, что мы сняли вовремя десант. Самое плохое, что как только мы ринулись в бой, у нас  сорвало гусеницу и пришлось во время боя обуваться. Я первый раз очень боялся, думал, что следующий снаряд попадет прямо в мой люк. Ускорил ход и по пересеченной местности нагнал машину. Когда танк идет на ухабах, он так качается, что трудно в него попасть. Я этим воспользовался и залетел прямо в рощу, тут же выстрел и мы  подбили самоходку. Видим, из люков выскакивают немцы, а наш пулемет поливает их огнем. Повыползали и остальные немецкие танки, я разворачиваю свою машину и кричу Мише Овечкину: «Давай в бок по «тигру»!  Не успел я сообразить, как с «тигра» слетела гусеница и он задымился. Так наш первый бой был и страшный, и удачный. После боя мы получили благодарность. Потом уже в боях стали меньше бояться и нервничать».

03.09.1943 дедушка получил легкое ранение. В этот день 3 гвардейская танковая бригада вела бои у города Котельва, на половине пути от Прохоровки к Днепру. В эти дни 3-й гвардейский танковый корпус принял бой с танками элитных танковых дивизий СС «Мертвая голова» и «Великая Германия».

 Битва за Днепр
После битвы у Прохоровки танки с боями  шли по направлению к Днепру для изгнания немецко-фашистских захватчиков с левобережной Украины и форсирования реки Днепр. Эта операция называлась «Наступление Воронежского и Степного фронтов с целью выхода на р. Днепр».

В 20-х числах сентября в составе войск Степного фронта 5-й гвардейской танковой армии 3-й гвардейского танкового корпуса дедушкин танк форсировал Днепр у села Домоткань.

Из воспоминаний дедушки: «Строили большие плоты, здесь же пилили лес, сколачивали плоты под огнем, ставили на них танки и переправлялись на тот берег под бомбежкой. Некоторые плоты самолеты топили, танки шли на дно. Вся река кипела людьми и машинами, каждый экипаж спасает свой танк, стоят по обе стороны танка, чтобы в опасный момент выровнять плот. Нам посчастливилось, мы переправились и сразу по глубокой балке на высокий берег, а там нас встретили немецкие автоматчики. А у нас нет с собой десанта и мы стали ждать подход нашей пехоты. Хорошо хоть наверху целое поле кукурузы. – оно нам очень пригодилось  для маскировки. Но на нас шла танковая часть, наш танк подбили, гусеницу сорвало. Почти весь экипаж от удара контужены. Как я вылез из люка не помню, или кто мне помог. Дело было уже под вечер. По-видимому, я был солидно контужен, раз я плохо соображал. Хорошо запомнилась картина: как во сне, бегут цепью немцы в зеленых шинелях и почему-то все маленькие, как лилипуты и стреляют в нас. Я стоял возле танка, оперевшись о гусеницу и так меня немецкий автоматчик решил перерезать пополам. Позже выяснилось, что одна пуля попала в сустав правого плеча, а вторая разрывная прошла под мышку. По-видимому, я как упал на бок, так вся кровь, которая вытекала с раны, запеклась в рукаве и закупорила выход остальной. А уже ночью пришла медпомощь и помню, женщина сказала: «Он еще жив, сердце бьется». А затем я уже очнулся где-то в медсанбате».   

Позже дедушка оказался в госпитале в г. Алексеевка Воронежской области, где провел зиму 1943-1944 года.

Путь из госпиталя в Румынию
В марте 1944 года, после выздоровления в составе запасного полка был отправлен в свою часть. «Нашей группе человек в 40 было назначено идти в запасной полк на границу с Молдавией. Ни у кого из нас после госпиталей не было ни копейки денег, все изможденные и голодные. Еды у нас не было  — еду просили в деревнях. В день нужно было делать по 25-30 километров в день. В Молдавии нам сказали, что нужно идти дальше в Румынию, где стоит наша часть.  Так мы шли-шли. В части встретили меня все старые друзья.  Появилось много новичков и теперь у меня новая машина и почти новый экипаж. Мы стали готовиться к новым боям».

К этому времени 3-й танковый корпус базировался в Румынии в районе города Слобозия и Хырлэу.

Белоруссия. Операция «Багратион»
Из Румынии в середине апреля 1944 года 3-й гвардейский танковый корпус перешел реку Прут двинулся марш-броском на 320 км в сторону Белоруссии своим ходом. Дойдя до г. Бельцы, погрузившись на платформы, еще 1100 км проехали по железной дороге до г. Смоленск.

Переезд длился с 3 по 16 июня 1944 г. Готовилась операция «Багратион» — освобождение Белоруссии.   В июне 1944 года 3-й танковый корпус был передан в состав 5-й гвардейской танковой армии 3-го Белорусского фронта.

С 23 по 28 июня дедушка принимал участие в Витебско-Оршинской операции по освобождению городов Витебск и Орша. К 28 июня 1944 года, пройдя марш-бросок через белорусские болота, выйдя на шоссе Москва-Минск, достигли города Борисов и речки Березина.

3-я гвардейская танковая бригады 3-го Котельниковским корпуса 5-й танковой армии дали сильный городской бой в Борисове. Об этом бое дедушка вспоминал, как об одном из самых тяжелых. Его боевой товарищ – старший лейтенант  Павел Рак первым прорвался на своем танке  в Борисов по мосту, который за ним рухнул. Героический экипаж 17 часов вел уличный бой в городе – один советский танк против всей группировки противника. Герои погибли в бою. Павел Рак был удостоен звания Герой Советского Союза посмертно, а городе Борисов ему установлен памятник-танк.  

1 июля Москва салютовала двадцатью артиллерийскими залпами войскам 3-го Белорусского фронта, которые форсировали реку Березина и овладели крупным узлом коммуникаций — городом Борисовом. За овладение городом Борисовым бригада получила награду орден «Красного знамени».

После освобождения Борисова,  двинулись преследовать врага по направлению на Минск. За 7 дней непрерывных боев по пути освободили город Толочин и около 260 населенных пунктов (Смоляны, Жодино, Коханово, Бобр, Крупки и др.).

3 июля танки передового отряда 19 гв. танковой бригады вошли в Минск, освободив от врага столицу Беларуси. Мой дедушка был в их составе. Он вспоминал, как приняв на борт партизан, направил свой танк на главную площадь города, где фашисты заминировали здание ЦК Компартии. Успев разогнать факельщиков, танкисты и партизаны спасли центр города от взрыва. Как вспоминал дедушка: «Жители ликовали до утра. Все пели песни и музыка горожан гремела с нашим оркестром».

За освобождения города Минск 3-я и 19-я гвардейская танковая бригада получила почетное наименование «Минская».

Прибалтика
После этой операции корпус боями вышел через Белоруссию в Прибалтику, приняв участие в Вильнюсской наступательной операции июля 1944 года. По пути к Вильнюсу освободили Гомель, Молодечно, Сморгань, Гродно.

Подошли к Вильнюсу 8 июля 1944 года и ворвались на улицы города. Вильнюсская группировка противника была многочисленной и хорошо вооруженной. 13 июля город был освобожден. Дедушка вспоминал этот бой: «Мы сильно подгорели под Вильнюсом. Тогда сразу вышло из строя три человека.  Я узнал это чуть позже, так как меня вытащили из люка почти без сознания после контузии. Обгорела сильно правая нога, спина и голова».

После нескольких дней отдыха, ремонта машин и обработки ран бригада двинулась дальше. Дедушкин танк в составе 19-й гвардейской танковой бригады перешел реку Неман и участвовал в боях, освобождая множество литовских городов, в том числе Каунас, Шауляй, Алитус. В Алитусе располагался концлагерь для перемещенных лиц. И уже позже дедушка узнал, что во время его боев по освобождению города, в Алитусе находилась его будущая жена, куда она была вывезена в лагерь из родного Могилева в 1943 году.  Дальше продолжались бои по освобождению Литвы и переход границ Польши.

За освобождение Советской Белоруссии и Литвы 3 Гв. танковый корпус наградили орденом «Красное Знамя».

Дальше 3 гв. тбр. в составе 5 танковой армии 1-го Прибалтийского фронта освобождала Латвию. В условиях лесисто-болотистой местности, где танки были лишены маневренности, бригада сумела в нескольких участках  прорвать  оборону противника и освободить множество латвийских городов. К 7 ноября 1944 года бригада встала на ремонт в районе городка Брувери в Латвии. До конца декабря бригада в состоянии боевой готовности стояла в Латвии на отдыхе. 30 декабря на станции Луше в состоянии повышенной бдительности и секретности бригада погрузилась на составы и по железной дороге была переброшена к границе. Для соблюдения маскировки личным составом были закрашены все номера и эмблемы на танках. 

Восточная Померания. Данциг
В составе 19-й армии 2-го Белорусского фронта, в период боевых операций по расчленению Данцигско-Гдыньской группировки противника, с 25 февраля по 30 марта танковый корпус с боями прошел более 400 км и овладели городами: Вальденберг, Бублиц, Поллнов, Кезлин, Шлаве, Лаунберг, Цоппот, Олива и до 800 другими населёнными пунктами.

С этого времени дедушкин танк был включен в передовой отряд заместителя командира 3-й танковой бригады гвардии майора Ивана Алексеевича Сорокина. Отряд тов. Сорокина в составе 1-го танкового батальона 3-й танковой бригады и 70-го стрелкового полка, с батареей самоходных установок и подразделением разведчиков и саперов стал передовой мобильной силой танковой бригады.  Дедушка вспоминал о нем: «Майор Сорокин, небольшого роста, рыжий, смелый и не глупый, мы все им довольны».

В наступательных боях Восточно-Померанской операции, мой дедушка, гвардии старшина Коваленко отличился на поле боя. Строка из наградного листа на санитарного инструктора моторизированного батальона автоматчиков 3 гвардейской Минской Краснознаменной танковой бригады Коваленко Василия Ивановича.  «В боях за город Дравен и Поллнов Померания (Германия)  26 и 27 февраля 1945 года тов. Коваленко вынес с поля боя 30 раненых бойцов и офицеров бригады и других частей корпуса с личным оружием, оказав первичную помощь. В бою за станцию и город Большау тов. Коваленко эвакуировал с поля боя 20 бойцов и офицеров с их личными оружием. В этом бою при эвакуации раненых санитарная машина попала под автоматный огонь противника. Где тов. Коваленко, спасая жизнь раненых, огнем из личного оружия уничтожил 4 солдат противника и своевременно доставил раненых в медсанвзвод бригады». За этот подвиг тов. Коваленко 18 марта 1945 года был награжден орденом «Красная звезда».

В марте 1945 года корпус подчинили 2-му Белорусскому фронту. Дальше войска вышли к берегу Балтийского моря. Передовая группа майора Сорокина 1 марта стремительно ворвалась в польский город Сянув и двинулись на Кезлин. 4 марта за овладение городом Кёзлин в Москве дан салют 20 артиллерийскими залпами из 224 орудий. Началась ликвидация группировки немецких войск в западной части Восточной Померании.

В начале марта 1945 года принято решение бросить 3-м гвардейский танковый корпус на усиление 19-й армии и нанести удар в направлении Данцига и Гдыни. Каждый день танкисты продвигались вперед, освобождая по несколько городов в Польше и Померании. Освободили крупный город-порт Сопот, выйдя к Балтийскому морю. Тогда впервые дедушка увидел море.

Главное направление было на Данциг (Гданьск). Он считался неприступной крепостью. Дедушка вспоминал эту операцию: «Все подступы минированы, над всеми дорогами буквально висела немецкая авиация. Бомбили прицельно каждый танк, каждую машину. В самом городе на нас ощетинилась вся немецкая мощь – артиллерия, минометы, фауст-патроны, пулеметы, зенитные пушки. На рассвете мы танками проломили городскую оборону и стали просачиваться по улицам. Было очень страшно, когда город и побережье стали обстреливать немецкие линкоры с моря».

Бои за овладение главным городом Померании – Данцигом были кровопролитными и долгими. Особо отличились танкисты и автоматчики 3-й гвардейской танковой бригады в тяжелом бою, длившемся с 20 по 22 апреля за пункт Гросс Катц в Данцигской бухте.    30 марта 1945 года наши войска, в том числе и танки 3 танковой бригады, окончательно выбили противника из города-крепости Данциг и разгромили Данцингскую группировку.

После захвата Данцига (Гданьск) танковая бригада стала именоваться «3-я гвардейская танковая Минско-Гданьская ордена Ленина Краснознамённая ордена Суворова бригада».

Конец войны. Берлин и Эльба
Дальше пошли по побережью – освобождали много деревень, небольших городков. За каждый из них следовал бой.  Дедушка вспоминал: «С утра до ночи все в сильном напряжении. И если появиться время уснуть на боевом  месте, минут на 10, то когда очнешься, весь организм дрожит, и руки и ноги дрожат от нервного перенапряжения».

Началась Берлинская наступательная операция. 3-й танковый корпус был оперативно подчинен 70-й армии. Танковый корпус наступал в составе главной ударной группировки  2-го Белорусского фронта в направлении Нойбранденбург–Висмар.

Согласно журналу боевых действий 3-й гвардейской танковой бригады (1-й отд. танковый батальон, 2-й отд. танковый батальон, 3-й отд. танковый батальон и моторизованный батальон автоматчиков) боевые действия конца апреля-начала мая выглядели следующим образом.

26 апреля форсировали реку Одер и продолжили наступление  в направлении северо-запад ближе к городам Штеттин и Штаргард, разгромив штеттинскую группировку противника.
27 апреля 1945 года 3-я танковая бригада взяла города Пренцлау и Ангремюнде.
29 апреля были взяты города Анклам, Фридланд, Нойбранденбург и Ликен.

1 мая  войска 2-го Белорусского фронта взяли города Штральзунд, Гриммен, Деммин, Мильхин, Варен, Везенберг. Эти города являлись важными узлами дорог и сильными опорными пунктами обороны немцев.
2 мая 3-я гвардейская танковая бригада,  развивая наступление, овладела городами Росток и Варнемюнде — крупными портами и важными военно‑морскими базами немцев на побережье Балтийского моря. В городе Росток было освобождено более 30 000 пленных советских и польских граждан.
3 мая,  развивая наступление, 3-й гвардейский танковый корпус 2-го Белорусского фронта овладел городами Барт, Баддоберан, Нойбуков, Варин, Виттенберге. И в этот же день 3 мая 1945 года 3-й гвардейский танковый корпус на линии Висмар-Виттенберге установил связь с передовыми частями 2-й британской армии на левом берегу реки Эльба.
Здесь части остановились и стали выполнять задачу по охране и обороне побережья и в дальнейшем боевых действий не вела.

3 мая 1945 года, в 21 час столица нашей Родины Москва от имени Родины салютовала  доблестным войскам 2-го Белорусского фронта, овладевшим названными городами, двенадцатью артиллерийскими залпами из ста двадцати четырех орудий!

Личные воспоминания дедушки о последних днях войны разнятся с журналом боевых действий 3 гв. тбр. Возможно, что после форсирования реки Одер и разгрома Штеттина часть таков передовой группы под руководством гвардии майора Сорокина были переброшены в направлении Берлина. Об этом говорит запись 22.04.1945 в журнале боевых действий 1 танкового батальона 3 гв. тбр: «Наша бригада получила задачу: действовать в передовом отряде корпуса при входе в прорыв и развить успех наступающих частей в направлении: Принлау, Темплин, Бернау, выйти на северную окраину Берлина, соединиться с войсками 1 Белорусского фронта и совместными действиями овладеть Берлином».
Часть батальона под командованием майора Сорокина 26 апреля были отправлены маршем на Берлин на помощь к танковым бригадам 1 Белорусского фронта (возможно, к 23 танковой бригаде 1 Бел. фронта).

После подхода к Берлину танкисты 3 гвардейской бригады приняли участие в городских боях. Но утром 30 апреля (дата ориентировочно) получили новый приказ и были брошены в район реки Эльба, где объединились с союзниками 3 мая. После встречи на Эльбе, 5 или 6 мая танки отправились в расположение корпуса у города Шлеммин и встретили там День Победы!

Вот как описывает дни конца апреля-начала мая дедушка в своих воспоминаниях: «В окрестностях Берлина начались разветвленные каналы, одетые в гранит, что очень плохо для форсирования танками. Весь город виделся в сизой дымке от пожаров. Горели дома, постройки, горели подбитые танки, машины, горело все, что могло гореть. Пробраться к центру города было не просто, везде большие кучи кирпича и камня от разбитых домов. Нас встретила артиллерия, бронебойщики и фаустники. Дальше двигаться невозможно  — подбиты две «тридцатьчетверки». Вперед продвигаются «ИСы» — сейчас они немного расчистят дорогу. Впереди канал, а за ним какой-то парк. Стоят посеченные стволы деревьев, а между ними бродят звери. Тигры, рыси, медведи, зайцы прыгают. Большие птицы, страусы или пеликаны. Многие валяются убитыми, кругом разбросаны перья. Оказалось, что рядом был разбит берлинский зоопарк.

Все же нам удалось переправиться через канал – движемся к Рейхстагу с другой стороны. В районе Рейхстага идет ожесточенный бой, бьют пушки всех калибров, автоматные очереди. Пробиваемся все ближе, уже вижу совсем разбитый купол.  С него идет дым, значит, внутри что-то горит. С подвалов нижних этажей стреляют немецкие пушки и фаусты. Ну и наши бьют по ним со всех видов артиллерии. Вечереет, из-за плотной дымки сразу темнеет.  Мы уже потеряли счет дням. Несколько дней уже не спим, только урывками. Глаза слипаются, у всех красные, только блестят, выглядывая из-под танковых шлемов.  Проводим ночь  в грохоте канонады.

На рассвете, примерно в пятом часу, поступила по радио от начальства танковой бригады команда выдвинуться в такой-то квадрат и выстроиться в походную колонну к такому-то часу. Стараемся выползти из города через завалы и подбитую технику. Ползем где есть возможность. Уже хорошо рассвело, узнаем друг друга по номерам танков. Приветствуем друг друга через открытые люки танков. Колонна выстроена. Командует колонной майор Сорокин.  Все дружно двинулись. А задание было такое: как можно быстрее добраться до западной границы Германии, до реки Эльба, за которой уже находятся наши союзники американцы и англичане. Нам объяснили, что кто больше захватит территории Германии, тому эта территория и будет принадлежать.  Ну вот мы и должны быстрее добраться до Эльбы.    

Через двое суток к вечеру подошли близко к Эльбе. Остановились. Начальник колонны майор Сорокин объясняет: разведка донесла, что в левом углу над Эльбой в лесочке стоят танки союзников. Ожидают утра, чтоб утром вновь продолжить наступление. По согласованию с командованием нам нужно «прощупать» броню союзников: подойти поближе  на самых малых оборотах и внезапно нанести ураганный огонь. Так мы и поступили. После первых залпов запылали их танки и лес в округе. А к утру, когда рассвело, наше командование извинилось, объяснив, что приняли их за немецкую колонну. Хотя у нас с союзниками была договоренность сделать на танках условные знаки, чтоб при встрече узнать своих. На башнях наших машин была одна широкая белая полоса, а на их две узких. 

На утро, несмотря на недоразумение, началось братание. Это мероприятие мне больше всего понравилось за всю войну. Начались выпивки, союзники несут коньяк и виски, а наши трофейный спирт, всякие закуски, тушенку. Пили-гуляли, меняли друг другу сувениры. И так почти два дня. А потом союзники увидели, что дело плохо, перебросили через реку мост и начали на «додже» переправлять пьяных воинов на другой берег. А негры (их было много) сопротивлялись, не хотели прощаться с русскими, обнимают, плачут, все рады и счастливы, что война закончилась.  На этом моя война закончилась…». 

Свой 20 день рождения – 9 мая 1945 года дедушка запомнил на всю жизнь…

9 мая в расположении 3 танковой бригады у города Шлеммин состоялся общий праздничный митинг, посвященный Дню Победы. На митинге выступил командир бригады гвардии подполковник Егоров, заместитель начальника политотдела гвардии майор Желуницын и заместитель командира бригады гвардии майор Сорокин. По окончании митинга личный состав прошел торжественным маршем перед трибуной, был дан праздничный салют из всех видов оружия и устроен праздничный обед.

За время войны дедушка был ранен три раза, дважды контужен. Награжден орденом «Красная Звезда» (№1085929) и медалью «За Победу над Германией». По рассказам дедушки у него еще был орден Славы III степени и медаль «За отвагу», которые сгорели в танке во время боя. Но документально эти награды пока не подтверждены. Дедушка писал: «У меня был небольшой дневник, где я описывал на свежую память многие эпизоды войны.  Но все пропало после одного серьезного боя. Все сгорело в машине – и мои личные вещи, хорошие брюки, гимнастерка с орденом Славы III степени и медалью «За отвагу», большой фотоальбом. Все это потерялось…».

После войны дедушка был мобилизован в марте 1948 года, отправился в отпуск на родину. Но уже через несколько месяцев, 20-летний фронтовик был призван Родиной восстанавливать города и народное хозяйство в Литовской ССР…

Дедушка вспоминал имена некоторых своих боевых товарищей и командиров, некоторых из которых мне удалось установить:
Сорокин Иван Алексеевич – гвардии полковник, заместитель командира 3 гвардейской танковой бригады, Герой Советского Союза.
Карпов Корней Иванович — гвардии старшина 3 танкового батальона 3 гвардейской танковой бригады.
Кузнецов Николай Евдокимович – механик-водитель танка 3 танкового батальона 3 гвардейской танковой бригады.
Овечкин Михаил Дмитриевич – гвардии старшина 3 танкового батальона 3 гвардейской танковой бригады.